Использование полиграфа в следственно-судебной практике


Эксперт 111 Главного государственного центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз МО РФ, руководитель отдела СПФИ ООО «Центр прикладной психофизиологии» («Национальная школа детекции лжи»)

Р.И. Абрамов

Выступление на конференции судебных экспертов-криминалистов, Уфа 2099 год


Использование полиграфа в следственно-судебной практике


Пояснительная записка

Ключевым процессом раскрытия и расследования преступлений (в равной мере - расследований и разбирательств любого рода, имеющих место во всех сферах человеческой деятельности) является процесс доказывания, сущность которого состоит в собирании, исследовании, оценке и использовании доказательств, а цель – в установлении истины по делу. Первоначальный этап, этап собирания доказательств предполагает проведение работы по обнаружению, фиксации, изъятию следов преступления (события), которые в криминалистике принято делить на материальные и идеальные. Изменения в неживой природе как форма отражения преступления чаще всего проявляются в виде материальных следов: отпечатков отдельных особенностей (преимущественно, внешнего строения) взаимодействовавших объектов (или их частей); повреждения, разрушения, деформации объектов; и т.д. Отражение преступления в живой природе (применительно к жизнедеятельности человека) происходит в виде образов события и обстоятельств преступления, формирующихся в памяти людей. По современным представлениям фиксация следов в памяти осуществляется в три этапа: вначале в иконической (сенсорной) памяти на основе деятельности анализаторов возникают сенсорные следы; затем информация, полученная посредством анализаторов, направляется в высшие отделы головного мозга, где происходит анализ, сортировка и переработка сигналов; на третьем этапе информация переводится в долговременную память. Идеальные следы, недоступные для непосредственного восприятия, познаются с помощью их материализации. Материализация идеальных следов происходит, как правило, в процессе общения участников уголовного судопроизводства с использованием вербальных и невербальных средств коммуникации.

Получение криминалистически значимой информации в ходе общения между субъектами уголовного судопроизводства сопряжено со значительными трудностями, поскольку само понятие «общение» многозначно. Невербальная коммуникация как составляющая общения предполагает непрерывную переработку информации, циркулирующей между субъектами. Речь идет о сложном процессе передачи, приема, интерпретации и преобразования информации, осуществляемом участниками уголовного судопроизводства с помощью несловесных средств общения. При этом по степени волевого участия субъекта в процессе передачи информации по несловесным каналам общения невербальные проявления личности можно классифицировать на произвольные и непроизвольные; по степени опосредованности восприятия информации, выраженной в невербальной форме, можно выделять информацию, получаемую участниками уголовного процесса с помощью органов чувств (и тогда речь идет об органолептических методах получения информации), а также информацию, получаемую с использованием специальных технических средств (и тогда речь идет об инструментальных методах получения информации).

Как известно из психофизиологии, совокупность образов, связанных с преступлением, образует в памяти человека прочный комплекс. Искусственная активация одного из элементов комплекса, независимо от воли субъекта, автоматически воссоздает в сознании все его элементы, что отражается на психофизиологическом состоянии и поведении человека. Поэтому психофизиологические реакции участников уголовного процесса, возникающие в связи с преступлением и его расследованием, являются важным источником криминалистически значимой информации. Получать данную информацию по невербальным каналам общения сотрудники правоохранительных органов могут самостоятельно, вне зависимости от личного волеизъявления обладателей информации, благодаря относительной простоте использования органолептических методов (несмотря на то, что эффективность их применения в определенной мере ограничивается чувствительностью сенсорных систем человека). Инструментальные методы, расширяя границы человеческого восприятия, дают возможность снизить уровень субъективизма при получении и анализе информации, выраженной в невербальной форме, однако возможность их использования на практике, как правило, обуславливается наличием у лица соответствующих специальных знаний. Одним из инструментальных методов получения информации по невербальным каналам общения является психофизиологический метод «детекции лжи» с применением полиграфа.

С точки зрения психофизиологии анализ механизма «внутренних» - скрытых от непосредственного восприятия процессов предполагает выявление их взаимосвязи с одновременно протекающими доступными для восприятия «внешними» процессами, в которых механизм «внутренних» процессов находит свое отражение, что позволяет исследовать их опосредованным образом, изучая «внешние» корреляты. Эффективность психофизиологического метода «выявления скрываемой информации» с применением полиграфа определяется существованием, так называемого, психофизиологического феномена, суть которого при использовании указанного метода заключается в том, что стимул (слово, предмет, фотография и т.п.), несущий человеку значимую в конкретной ситуации информацию о событии, образ которого запечатлен в его памяти, устойчиво вызывает физиологические реакции, превышающие реакции на предъявляемые в тех же условиях сходные, но не связанные с данным событием стимулы.

Психофизиологическое исследование с использованием полиграфа (далее – ПФИ) представляет собой процедуру применения специальных знаний в области полиграфологии, сопряженную с использованием технических средств, не наносящих ущерба жизни и здоровью людей, не причиняющих вреда окружающей среде, в ходе которой осуществляется анализ (оценка) динамики психофизиологических реакций обследуемого лица в ответ на предъявляемые стимулы, в определенном порядке подобранные и систематизированные. Целью ПФИ является проверка сообщаемой обследуемым лицом информации. Использование полиграфа позволяет отслеживать динамику психофизиологических реакций обследуемого на предъявляемые стимулы, поскольку компьютерный полиграф представляет собой аппаратно-программное средство, обеспечивающее перевод физиологических показателей активности дыхательной, сердечно-сосудистой системы, электрической активности кожи и т.д. в электрические сигналы, преобразуемые в физические величины, отображаемые в виде графиков. Психофизиологические реакции, отражающие значимость стимулов для индивида, являются «индикаторами» образов, сформировавшихся в памяти человека в связи с событием, послужившим поводом для проведения ПФИ. Выводы по вопросам, поставленным на разрешение полиграфолога, делаются на основе комплексного анализа полученных в ходе исследования данных.


АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СПФЭ В РФ

Примеров эффективного использования полиграфа в целях установления истины по уголовному делу в российской процессуальной практике немало, причем, она постоянно расширяется. Сегодня следователи прокуратуры, органов МВД России, и даже судьи все чаще прибегают к помощи специалистов-полиграфологов при расследовании уголовных дел. Заключения экспертов по результатам судебных психофизиологических экспертиз с применением полиграфа в совокупности с иными доказательствами, собранными по делу, ложатся не только в основу обвинительных заключений, но и судебных решений.

Назначение и производство судебной психофизиологической экспертизы и такого ее вида, как психофизиологическое исследование с использованием полиграфа (далее по тексту — ПФИ), не противоречит действующему в России законодательству: во-первых, сущность ПФИ заключается в применении полиграфологом специальных знаний из ряда смежных областей науки и техники в целях решения вопросов, поставленных перед ним органом или лицом, такими знаниями не обладающим, а во-вторых, порядок появления новых видов экспертиз в России не определен. В ст. 57 УПК РФ указывается, что эксперт — это лицо, обладающее специальными знаниями, назначенное в установленном порядке для производства судебной экспертизы и дачи заключения. В ст. 195–207, 269, 282 и 283 УПК РФ, а также в Федеральном законе от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», нет ограничений, касающихся вида экспертиз. В каждом ведомстве, в структуре которого есть экспертные подразделения, нет ограничений, касающихся их видового перечня. В каждом ведомстве, в структуре которого есть экспертные подразделения, имеется перечень проводимых в данном ведомстве судебных экспертиз. Существование ведомственных документов не ограничивает возможности правоохранительных органов по назначению экспертизы, не включенной в соответствующий Перечень, с поручением ее производства лицу, обладающему, по мнению назначающего экспертизу, необходимыми специальными знаниями.

Освоение нового вида экспертизы – психофизиологической экспертизы с применением полиграфа началось в 1996 году, когда в Институте криминалистики ФСБ России была организована подготовка экспертов-полиграфологов по «Программе подготовки специалистов по опросам с использованием полиграфа (полиграфологов) для федеральных органов исполнительной власти, их подразделений, а также органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации и стран-участниц СНГ» объемом 380 учебных часов. Обучение завершалось выдачей свидетельства на право производства экспертиз по специальности «специальные психофизиологические исследования с применением полиграфа».

В октябре 2002 года под эгидой Учебно-методического объединения образовательных учреждений профессионального образования в области судебной экспертизы (далее УМО «Судебная экспертиза»), базирующегося в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Саратовский юридический институт МВД России» (далее – СЮИ МВД России), была начата работа по изучению возможностей и перспектив становления новых экспертных специальностей, связанных с внедрением методов психологии и психофизиологии не только в оперативно-розыскную, но и в следственно-судебную деятельность.

В мае 2003 года приказом № 114 Министерства юстиции РФ в Перечень экспертных специальностей, по которым предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации, была включена психологическая экспертиза, при этом род экспертизы был определен как «психологическая», а экспертная специальность названа «Исследование психологии и психофизиологии человека». Таким образом, придание судебно-психологи­чес­кой экспертизе «официального статуса» предопределило возможность проведения ПФИ в судебно-экспертных учреждениях Минюста России в рамках судебно-психологических исследований.

В 2004 году в 111 Центре судебно-медицинских и криминалистических экспертиз МО РФ (в настоящее время – Главном государственном центре судебно-медицинских и криминалистических экспертиз МО РФ) было начато производство психофизиологических экспертиз с использованием полиграфа.

В январе 2005 года в штате ЭКЦ при ГУВД г. Москвы появился специалист-полиграфолог, а в конце 2006 года в ЭКЦ МВД Республики Татарстан в порядке эксперимента было создано подразделение по проведению судебных психолого-психофизиологических экспертиз.

Кроме того, в настоящее время психофизиологические экспертизы с применением полиграфа по уголовным делам, находящимся в производстве органов прокуратуры г. Москвы и Московской области, проводятся в АНО «Центр независимой комплексной экспертизы и сертификации систем и технологий». С осени 2007 года проведение психофизиологических экспертиз с применением полиграфа по заданиям правоохранительных органов, запросам юридических и физических лиц было начато в ООО «Центр прикладной психофизиологии» (г. Москва).

Реалии и перспективы использования полиграфа в судопроизводстве России предопределяют необходимость решения комплекса взаимосвязанных задач, касающихся:

1. Осуществления подготовки специалистов-полиграфологов на уровне, отвечающем потребностям следственно-судебной практики.

2. Унификации ведомственных методик производства ПФИ, а также разработки типовой экспертной методики по проведению данного вида исследований.

3. Организации адекватной специфике психофизиологического метода «детекции лжи» сертификации полиграфов.

В настоящее время можно считать решенной лишь первую из числа вышеуказанных задач. Государственные требования к минимуму содержания и уровню требований к специалистам для получения дополнительной квалификации «Судебный эксперт по проведению психофизиологического исследования с использованием полиграфа», а также примерная дополнительная профессиональная образовательная программа профессиональной переподготовки специалистов для получения указанной квалификации были утверждены заместителем Министра образования Российской Федерации 5 марта 2004 г. и введены в действие Приказом Министерства образования России от 8 апреля 2004 г. № 1547. Во исполнение Приказа в целях обеспечения осуществления единой государственной политики в области дополнительного образования по заданию ЭКЦ МВД России была подготовлена программа переподготовки специалистов для выполнения нового вида профессиональной деятельности – проведения психофизиологического исследования с использованием полиграфа, которая в настоящее время успешно реализуется некоторыми вузами.

Однако, в связи с востребованностью ПФИ опасность привлечения к проведению экспертных исследований в период, когда новый вид экспертизы проходит этап своего становления, специалистов с низкой квалификацией, не обладающих знаниями в области теории судебной экспертизы, имеющих смутные представления о процессуальном порядке назначения и производства экспертиз, по-прежнему вызывает беспокойство.

Остро стоит вопрос о необходимости унификации ведомственных методик производства ПФИ. Методики проведения тестирования на полиграфе, являющегося основным этапом ПФИ, наработанные мировой практикой, общеизвестны и апробированы в России (речь идет о порядке использования специальных знаний их носителем при проведении исследования как такового). До настоящего времени отсутствовала методика производства ПФИ как система предписаний (категорических или альтернативных), регламентирующих выбор и порядок применения в определенной последовательности и в определенных (существующих или создаваемых) условиях способов и средств решения полиграфологом экспертных задач. В связи с этим, группой специалистов в области полиграфологии, теории и практики судебной экспертизы в 2005 году были разработаны Методические рекомендации по проведению психофизиологического исследования с использованием полиграфа в ЦНКЭС, составной частью которых стала Видовая экспертная методика производства психофизиологического исследования с использованием полиграфа.

Данная Видовая методика отвечает требованиям к содержанию Типовой экспертной методики, подготовленным совместно ЭКЦ МВД РФ и РФЦСЭ при МЮ РФ и утвержденным Федеральным межведомственным координационно-методическим советом по проблемам экспертных исследований 18 ноября 1998 г. Она призвана обозначить общий порядок осуществления организационно-исследовательских действий специалистом-полиграфологом не только при производстве экспертиз по заданию правоохранительных и судебных органов, но и при проведении ПФИ по заявкам иных органов, юридических и физических лиц.

Очевидно, что в методиках, определяющих схему действий эксперта, в полном объеме невозможно изложить научно-методические основы производства того или иного рода (вида) экспертиз, содержание которых, как правило, раскрывается в учебниках и монографиях. Вместе с тем, думается, что подобные методики должны предельно точно отражать профессиональный «стандарт качества» в форме, доступной для восприятия лицами, не являющимися специалистами в соответствующей области знания. Поэтому работа по оптимизации Видовой экспертной методики производства психофизиологического исследования с использованием полиграфа в настоящее время продолжается.


ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ВИДОВОЙ МЕТОДИКИ

1.3. ПФИ, в зависимости от подлежащих решению задач, может проводиться:

·  при осуществлении оперативно-розыскной деятельности в соответствии со ст.6 Федерального закона от 12 августа 1995 г.144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а также иными требованиями законодательства Российской Федерации, регламентирующего данный вид деятельности;
·  при осуществлении судопроизводства в соответствии с требованиями процессуального законодательства Российской Федерации;
·    при регулировании трудовых и иных, непосредственно связанных с ними, отношений на основании положений главы 14 Трудового кодекса Российской Федерации от 30 декабря 2001 г.197-ФЗ в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, регламентирующего данную сферу.
  1.4. В соответствии с действующим процессуальным законодательством полиграфолог может участвовать в судопроизводстве в качестве специалиста или эксперта.

Организационное обеспечение ПФИ на всех стадиях его проведения осуществляет Инициатор.

Инициатор в порядке, предусмотренном действующим законодательством, предоставляет полиграфологу информацию и материалы, необходимые для проведения ПФИ, характер и объем которых определяет полиграфолог. Сроки проведения ПФИ определяются полиграфологом совместно с Инициатором с учетом времени, необходимого для подготовки и проведения ПФИ. На Инициатора возлагается обязанность по обеспечению прибытия лица, в отношении которого планируется проведение ПФИ, в установленное время и место.

2.2. ПФИ проводится на русском или ином, по выбору обследуемого лица, языке. При необходимости Инициатор привлекает к проведению ПФИ переводчика.

2.3. Решение о присутствии в помещении, в котором проводится ПФИ, других лиц кроме полиграфолога и обследуемого лица принимается полиграфологом совместно с Инициатором в соответствии с требованиями действующего законодательства.

2.4. ПФИ осуществляется в добровольном порядке после получения от лица, подлежащего обследованию, письменного согласия на участие в ПФИ, зафиксированного в его заявлении, составленном в присутствии полиграфолога по рекомендуемым формам; при необходимости после проведения ПФИ допускается получение от обследованного лица заявления об отсутствии претензий в связи с проведением в отношении него ПФИ (см. Приложения 1 и 2.)

2.7. ПФИ не проводится:

· в отношении лиц моложе 14 лет (обследование лица старше 14 лет, но не достигшего 18-летнего возраста, проводится только при наличии письменного согласия законного представителя этого лица; при проведении ПФИ в отношении несовершеннолетнего, не достигшего возраста 16 лет, участие педагога или психолога обязательно);

· при физическом или психическом истощении субъекта;

· при наличии у субъекта психического заболевания или расстройства, а также в случае обострения заболевания, связанного с нарушением сердечно-сосудистой или дыхательной деятельности;

· регулярного употребления лицом наркотических средств или сильнодействующих лекарственных препаратов;

· нахождения обследуемого в состоянии алкогольного или наркотического опьянения;

· наличия данных о беременности;

· в целях прогнозирования действий обследуемого лица или его намерений, не подкрепленных конкретными действиями;

· в случае, если полиграфолог находится в служебной или иной зависимости от обследуемого лица, а также при наличии иных обстоятельств, дающих основание полагать, что полиграфолог лично, прямо или косвенно, заинтересован в не объективном исходе ПФИ.

2.8. При необходимости ПФИ может быть проведено комиссией полиграфологов. Комиссионный характер ПФИ определяется Инициатором либо руководителем ЦНКЭС.

2.9. При проведении ПФИ может осуществляться аудио-, видеозапись в установленном действующим законодательством порядке.

Экспертные задачи:

1. Вынесение суждения о степени информированности обследуемого лица о событии (его деталях), послужившем поводом для проведения психофизиологического исследования.

2. Вынесение суждения об обстоятельствах получения обследуемым лицом информации о событии (его деталях), послужившем поводом для проведения психофизиологического исследования.


Экспертные задачи могут быть определены в форме вопросов следующего содержания:

1. Выявляются ли в ходе психофизиологического исследования с использованием полиграфа реакции, свидетельствующие о том, что гражданин(ка) - Ф.И.О. располагает информацией о деталях случившегося?

2. Вследствие отражения каких обстоятельствах могла быть получена обследуемым лицом эта информация? Могла ли она быть получена в момент события?


1. Формулирование выводов.

В компетенцию полиграфолога входит формулирование вывода о степени информированности обследуемого лица о событии или его деталях, интересующих инициатора ПФИ, обусловленной наличием (отсутствием) в памяти человека образов, сформировавшихся в связи со случившимся. Данный вывод по форме может быть категорическим, однозначным, безусловным. Поскольку его правильное истолкование без использования специальных знаний в области полиграфологии затруднительно, полиграфолог также должен вынести суждение об обстоятельствах получения обследуемым лицом информации о событии, послужившем поводом для проведения ПФИ. При этом вывод полиграфолога может быть либо категорическим условным, либо вероятным. Поскольку число возможных вариантов расследуемого события не является конечным, а данные, содержащиеся в материалах дела, используемые при проведении ПФИ, преимущественно, нельзя считать доказанными, вывод об обстоятельствах формирования в памяти человека образов, связанных с событием, послужившим поводом для проведения ПФИ, следует давать в вероятной форме. При наличии достаточных данных может быть сформулирован категорический вывод о существовании (отсутствии) причинной связи между идеальными следами и обстоятельствами, повлекшими их образование, который в любом случае является условным и должен включать ссылку на то, что сделан он с учетом данных, содержащихся в материалах дела, либо сообщенных полиграфологу обследуемым лицом.

Формулирование вывода о существовании события либо отдельных обстоятельств преступления в компетенцию полиграфолога не входит, т.к. в соответствии со ст.74 УПК РФ заключение специалиста (заключение эксперта) – это источник сведений, на основе которых наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, устанавливают суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ.

Вывод полиграфолога может быть сформулирован следующим образом: в ходе проведенного исследования были выявлены психофизиологические реакции, свидетельствующие о том, что гражданин(ка) – Ф.И.О. располагает информацией о деталях случившегося, которая, вероятно, была получена им(ей) в момент события вследствие отражения ниже перечисленных обстоятельств (указывается перечень обстоятельств).

Правила проверки и оценки доказательств, закрепленные действующим законодательством, не позволяют придавать информации, полученной из какого бы то ни было источника, приоритетное значение, процессуальная оценка заключения эксперта-полиграфолога является прерогативой уполномоченного на то лица - дознавателя, следователя, прокурора или суда.

Подводя итог изложенного, можно заметить, что полиграф, разумеется, ни «детектором лжи», ни «детектором правды» не является. Речь идет об одном из множества технических средств, неумелое использование которого способно сыграть негативную роль независимо от причин и обстоятельств применения, тогда как специалист этот же прибор может использовать в качестве «фонарика», чтобы осветить труднопреодолимые участки на пути установления истины по уголовному делу…











Приложение к письму Генеральной прокуратуры России (исх. № 28-15-05 от 14.02.2006 г.) Обобщение практики использования возможностей полиграфа при расследовании преступлений

Правоохранительные органы ведут постоянную работу по внедрению в следственную практику криминалистических средств, способствующих свое- временному раскрытию преступлений и формированию доказательственной базы по уголовным делам. В последние годы следственные и оперативные органы все чаще стали обращаться к возможностям полиграфа (детектора лжи, «лай-детектора»), используемого более полувека во многих странах мира. Управление криминалистики Генеральной прокуратуры Российской Федерации на основе анализа информации из прокуратур субъектов Россий- ской Федерации провело обобщение практики использования полиграфа при расследовании преступлений. Обобщение показало, что полиграф стал применяться не только при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий, но и для получения новых доказательств путем производства психофизиологических исследований в виде заключения эксперта или специалиста. Опросы, в основном, проводятся специалистами-полиграфологами, состоящими в штате органов внутренних дел. Экспертизы назначаются и производятся в подразделениях МВД России и в экспертных учреждениях Минюста России, а также нештатными экспертами.

Одним из показательных примеров использования полиграфа при раскрытии преступления является расследование уголовного дела по факту убийства Захаровой Н. (Амурская область). Труп жительницы г. Шимановска с признаками насильственной смерти в виде двух проникающих колото-резаных ранений обнаружен 19 апреля 2004 г. на берегу реки Пера. На основании данных осмотра места происшествия следствие выдвинуло версию о том, что место обнаружения трупа являлось лишь местом его сокрытия. Был произведен осмотр жилища потерпевшей, в ходе которого между половицами пола и на вещах обнаружены следы вещества бурого цвета. До исчезновения Захарова Н. сожительствовала с Бакановым Ю., который характеризовался как агрессивный и жестокий человек. Баканов показал, что Захарова уехала в неизвестном направлении, а он в интересующее следствие время находился у знакомых. После того как в результате проверки следственным путем алиби подозреваемого не подтвердилось, а местонахождение его брата (совершившего данное преступление - в соответствии с измененными показаниями Баканова) установить не удалось, было принято решение при проверке Баканова на причастность к убийству использовать более широкий комплекс мероприятий, в том числе провести опрос с использованием полиграфа. Его применение превзошло все ожидания. Результаты указывали на то, что Баканов может быть причастен к совершению еще ряда аналогичных преступлений. Полученная информация послужила импульсом для дальнейшей работы следственной группы. Итогом кропотливого труда явилась добыча неоспоримых доказательств умышленного причинения смерти Бакановым своему отцу, находившемуся в розыске как без вести пропавшее лицо, сожительнице, а также знакомым Барсукову и Горпанюку. Приговором Амурского областного суда от 10 мая 2005 г. Баканов признан виновным во всех инкриминируемых ему преступлениях и приговорен к длительному сроку лишения свободы.

В случаях отсутствия подозреваемых по уголовным делам планомерно устанавливаются и проверяются следственно-оперативным путем лица из окружения потерпевшего, подучетный контингент, проживающий в районе совершения преступления, а также проводятся другие мероприятия. Так, при обнаружении с признаками насильственной смерти трупов Дыдяна и Смирнова (Читинская область) на опрос с использованием полиграфа по определению владения какой-либо информацией об этом преступлении доставлялись знакомые погибших. Вывод, сделанный специалистом после беседы с одним из них - Молоковым, свидетельствовал об обладании информацией по существу значимых деталей события преступления. В по- следующем причастность Молокова к убийству была подтверждена процессуальным путем.

По уголовному делу об убийстве стрелка ВОХР Метуданова С., труп которого с огнестрельным ранением в голову был обнаружен в помещении ЗАО «Шрея-Корпорейшн» (Республика Бурятия), с использованием полиграфа опрошены все работники предприятия. При проведении опроса водителя Зарубина В. получена информация о том, что он с высокой степенью вероятности причастен к преступлению и обладает знаниями об участии в нем своего сообщника - Банзаракцаева. Эти обстоятельства позволили критически отнестись к ранее выдвинутому Зарубиным алиби, а затем и опровергнуть его. Указанный соучастник был также изобличен, а похищенный у потерпевшего пистолет ТТ обнаружен. В соответствии с УПК РФ оценка доказательств производится по внутреннему убеждению участников уголовного процесса, и полиграф может сыграть определенную роль как дополнительный элемент убежденности в невиновности конкретного лица в инкриминируемом ему деянии или, наоборот, способствовать изменению ориентира в расследовании, отступлению от неверных предположений о причастности лиц к исследуемым событиям. Челябинским областным судом к 18 годам лишения свободы за убийство Голуб А., сопряженное с изнасилованием, приговорен Хаметов Р. На ранней стадии расследования в поле зрения правоохранительных органов оказались Федоровы, в отношении которых проводился полный комплекс следственно-оперативных мероприятий. Отрицательные сведения, полученные при проверке на полиграфе, наряду с другими (из протоколов допросов и заключения генотипоскопической экспертизы) позволили обоснованно исключить братьев из числа подозреваемых лиц. Результаты предварительного расследования и опросов с применением полиграфа подтвердили непричастность Таратынова Е. и Самышкина А. к убийству Летяева С. (Самарская область).

Имеется немало примеров, свидетельствующих об оказании полиграфом такого психологического эффекта на опрашиваемых лиц, когда предъявление результатов опроса (нередко в совокупности с другими имеющимися в распоряжении следствия доказательствами) побуждало к даче признательных показаний.

В производстве прокуратуры Советского района Челябинской области находилось уголовное дело, возбужденное по факту безвестного исчезновения Ушакова С. Был установлен гражданин, управлявший автомобилем, на котором, согласно показаниям Ушаковой Г., супруг уехал из дома. Водитель представил документы, указывающие на реализацию Ушаковой Г. автомобиля, разыскиваемого сразу же после исчезновения. Данное обстоятельство, а также протоколы допросов родственников и соседей с высокой степенью вероятности позволили предположить совершение Ушаковой Г. убийства своего мужа. Результаты опроса с использованием полиграфа соответствовали накопленному следствием материалу. Ознакомившись с заключением специалиста-полиграфолога, подозреваемая призналась в совершенном преступлении, указав и место сокрытия трупа. В октябре 2002 г. житель Вологодской области Ласковец В. обратился в УВД г. Череповца с заявлением о безвестном исчезновении своей жены. Материалы проверки явились основанием к возбуждению уголовного дела. Осмотр квартиры, гаража и автомобиля заявителя положительных результатов не дал, а при осмотре дачного домика и бани обнаружены пятна бурого цвета, которые по заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств являлись кровью, которая могла произойти от разыскиваемой. В показаниях же Ласковца В. имелись противоречия. Было принято решение о проведении опроса с использованием полиграфа, в ходе которого выявлено, что труп сокрыт на дачном участке, а Ласковец В. имеет отношение к убийству жены и знает, где находится орудие преступления. После предъявления подозреваемому результатов опроса и выводов эксперта - биолога он указал место сокрытия трупа и орудия преступления.

Путем проведения опроса с применением полиграфа возможно и устранение возникающих противоречий. По уголовному делу о причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть Токтохоева Ц. (Республика Бурятия), сын потерпевшего, первоначально показав о нанесении смертельных ранений отцу в присутствии своего дяди Церетарова, в последующем пояснил, что к убийству может быть причастна его мать - Дымбралова, которая после явки в прокуратуру призналась, что нанесла удары молотком по голове супруга. В данном случае именно опросы с использованием полиграфа позволили восстановить картину происшедшего, в результате чего первоначальная версия, о совершении преступления сыном, нашла свое подтверждение. Нельзя исключать, что отказ от участия в опросе с использованием полиграфа является неким показателем, свидетельствующим о возможной причастности лица к исследуемому событию. Нежелание подозреваемого участвовать в проведении данного мероприятия (при отсутствии обстоятельств, препятствующих его, осуществлению, таких как определенное заболевание и другие) должно насторожить членов следственной группы и явиться основанием для углубленного изучения личности «отказника», характера его отношений с потерпевшим. По уголовному делу, возбужденному по факту безвестного исчезновения Гайдарева А., соучредителя ООО «Сиблеспрофиль» (Новосибирская область), повышенное внимание правоохранительных органов привлек коммерческий партнер Гайдарева Расторгуев А.. Это было вызвано еще и тем, что Расторгуев А. неоднократно отказывался от проверки на полиграфе. Данное обстоятельство обусловило выдвижение приоритетной версии - убийство предпринимателя его компаньоном. Правильно выбранное направление стало залогом раскрытия преступления - виновные лица, Расторгуев А. и его соучастник Красненко А., привлечены к уголовной ответственности. Результатом подбора обоснованных и необходимых вопросов к опрашиваемому лицу может стать не только возможность получения признательных показаний, но и выявление дополнительных обстоятельств, существенно расширяющих доказательственную базу, а именно: установление вещественных доказательств, отыскание трупа.

По уголовному делу об исчезновении Мингазовой Э. (Удмуртская Рес- публика) опрос на полиграфе показал непосредственное отношение Макарова В. к исчезновению девушки. Яркая положительная реакция наблюдалась при его ответе на вопросы: наносил ли побои Мингазовой Э., вступал ли с ней в половую связь. При вопросе о местонахождении разыскиваемой отмечена его положительная реакция на слово «лес». Используя полученные данные, сотрудники милиции при обследовании лесного массива обнаружили труп потерпевшей с признаками насильственной смерти. При установлении трупа Макаров В. подробно рассказал о совершенном им преступном деянии.

16 декабря 1999 г. в г. Елизово Камчатской области в квартире жилого дома обнаружен труп гражданки Плескач с резаной раной шеи. Подозрение пало на бывшего сожителя потерпевшей Аникеева, однако на интересующее следствие время он пытался создать себе алиби с помощью друзей. Их показания вызывали сомнения, в связи с чем, было принято решение о проведении опроса с использованием полиграфа. В предтестовой беседе проверяемый пояснил, что от сотрудников милиции осведомлен об убийстве, но не знает подробностей происшедшего. Во время опроса он не проявлял интереса к тому, что происходит, на вопросы отвечал односложно. Вместе с тем специалист-полиграфолог сделал вывод, что Аникееву известны все детали преступления: и способ проникновения в квартиру, и место убийства, и орудие преступления, а также предметы одежды потерпевшей, но он скрывает это. На тот момент следствие не располагало какими-либо доказательствами в отношении Аникеева, орудие преступления обнаружено не было. Для установления местонахождения орудия преступления специалист составил поисковый тест с отражением наиболее вероятных мест, при реализации которого опрашиваемый прореагировал на вопрос: оружие выброшено возле дома, где произошло убийство. При осмотре прилегающей местности с использованием металлоискателя был обнаружен кухонный нож, экспертные заключения по которому зафиксировали как наличие пальцевых отпечатков подозреваемого, так и крови потерпевшей. Поисковый тест, направленный на установление одежды Аникеева, показал, что на опрос он явился в той же самой одежде, в которой совершил преступление. Порой применение полиграфа обусловлено необходимостью конкретизации действий обвиняемых.

В ходе расследования убийства Любарской Л. (Брянская область) установлены признаки отравления, а также наличие множественных колото-резаных ранений. Обвиняемые Фурлетова О. и Бульбенкова М., стремясь ввести следствие в заблуждение, давали противоречивые показания об обстоятельствах совершения преступления, перекладывая груз ответственности друг на друга, отрицая при этом факт использования клофелина. Следователем было принято решение о проведении опроса с применением полиграфа, совместно со специалистом разработан перечень вопросов. Опрос зафиксировал наиболее яркие эмоциональные реакции: Фурлетовой - на механизм причинения ножевых ранений, Бульбенковой - на подмешивание лекарственного препарата. В дальнейшем, уже в процессе следствия, были разграничены действия обвиняемых.

Правоохранительные органы ряда субъектов Российской Федерации несколько шире используют возможности полиграфа. Заслуживает внимания практика привлечения специалиста-полиграфолога к работе следственной группы на самом раннем ее этапе в Брянской области. Учитывая то, что постановка значимых вопросов, итог контакта с собеседником зависят от объема имеющейся информации, получения ее при непосредственном наблюдении обстановки, специалист выезжает практически сразу на место происшествия совместно с сотрудниками уголовного розыска.

Работники прокуратур Алтайского края, Пермской, Кировской, Липецкой и Тверской областей на основе изучения материалов уголовных дел при необходимости дают указания на использование полиграфа. В Пермской области за последние 5 лет только по заданию прокурорских работников проведено 650 опросов.

В Камчатской и Вологодской областях прокурорские работники совместно с полиграфологом и сотрудниками уголовного розыска разрабатывают комплекс вопросов к испытуемым, осуществляют планирование времени и тактики производства опроса, а в Республике Коми перед использованием полиграфа для фиксации добровольности и согласия участия производят допросы.

В Ростовской области следствием приобщаются к материалам уголовных дел результаты опроса с использованием полиграфа, оформленные в виде выписок из справки либо рапортов. При этом задания органу дознания на проведение исследований даются следователями прокуратуры в рамках отдельных поручений по выполнению оперативно-розыскных мероприятий.

Примеров того, что полученные при применении полиграфа сведения явились одним из обстоятельств, имеющих процессуальное значение для уголовного дела, пока не так много, но их число увеличивается. Приговором Увельского районного суда Челябинской области от 29 сентября 2003 г. Мальцев В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, с назначением наказания в виде 8 лет лишения свободы. Обосновывая доказанность вины подсудимого, суд указал, что показания свидетеля Гарифулина А. согласуются с данными обследования его и Мальцева В. на полиграфе. На первоначальном этапе расследования Гарифулин А. и Мальцев В. утверждали, что отец последнего, труп которого был обнаружен в погребе его дома, скончался в результате несчастного случая. Поскольку заключение судебно-медицинской экспертизы исключало получение потерпевшим телесных повреждений в соответствии с показаниями названных лиц, был произведен опрос с использованием полиграфа. После разъяснения Гарифулину А. смысла применения детектора лжи он признался, что Мальцев В. избивал отца до тех пор, пока тот не скончался. Сбросив тело в погреб, он попросил Гарифулина А. дать неверные показания. Результаты опроса Мальцева В. свидетельствовали о ложности его сведений относительно обстоятельств гибели отца. В данном случае, как и по уголовным делам об убийстве Сорокина и Ефремова (г. Москва), к материалам уголовного дела была приобщена справка о результатах опроса на полиграфе. Федеральный судья Мещанского районного суда Центрального административного округа г. Москвы в приговоре по результатам рассмотрения уголовного дела по обвинению Якушевой И. в совершении убийства без отягчающих обстоятельств сделал ссылку на справку о результатах опроса с использованием полиграфа. В данном случае справка, согласно которой «с высокой степенью вероятности Якушева И.Н. причастна к убийству гр. Сорокина...» использована судьей как доказательство, подтверждающее вину. По уголовному делу об убийстве Ефремова С. подсудимый Авдеев Д. отказался от признательных показаний. Кунцевский районный суд г. Москвы, взяв за основу показания, полученные в ходе предварительного расследования, обосновал свое решение в том числе и тем, что «в материалах уголовного дела имеется справка по результатам опроса Авдеева с применением полиграфа, в которой указано, что Авдеевым совершено убийство Ефремова и труп находится именно в месте, указанном Авдеевым».

Трансформация результатов опроса на полиграфе, как одного из видов оперативно-розыскных мероприятий, в процессуальную форму для после- дующего использования в процессе доказывания нашла свое распространение в Брянской области, где механизм закрепления результатов опроса состоит из следующих этапов: - к материалам уголовного дела приобщается справка-меморандум о проведенных оперативно-розыскных мероприятиях и справка специалиста-полиграфолога; - допрос специалиста о результатах опроса и научных методах, используемых при снятии данных и подсчете результатов полиграмм; - допрос ранее опрошенного лица с предъявлением результатов опроса.

Признавая материалы полиграфной проверки иными документами (в соответствии с главой 10 УПК РФ), следователи прокуратуры оперируют ими в дальнейшем как доказательствами, в том числе отражают их в итоговом документе - обвинительном заключении. Аналогичной позиции по привлечению полиграфологов в качестве специалистов с применением указанных процессуальных норм придерживаются в прокуратуре Астраханской области. По уголовному делу об убийстве Кирьянова Г. (Клинцовский район Брянской области) посредством применения полиграфа было выявлено лицо, совершившее преступление, а также определен способ его совершения. В ходе судебных слушаний допрошен специалист-полиграфолог, показания которого наряду с другими доказательствами легли в основу обвинительного приговора.

Всего за 2004-2005 гг. судами области специалист-полиграфолог допрашивался по 4 уголовным делам. В ходе судебного следствия по уголовному делу об убийстве на сексуальной почве малолетнего Сергеева А. специалист, проводивший опрос на полиграфе, также вызывался в судебное заседание. В обвинительном приговоре судья суда Еврейской автономной области сослался как на показания специалиста, так и на его заключение.

Несколько иным способом, наиболее перспективным, возможности полиграфа при установлении и доказывании обстоятельств используются работниками прокуратур Астраханской, Тамбовской и Саратовской областей, г. Москвы, а также республик Мордовия, Бурятия и Северная Осетия-Алания. Ими назначается нетрадиционный вид судебных экспертиз - психофизиологические, результаты которых в дальнейшем, при раскрытии преступлений и направлении уголовных дел в суд, используются в качестве доказательств.

В Республике Бурятия по двум уголовным делам, рассмотренным с вы- несением обвинительных приговоров, заключения комплексных психолого- психофизиологических экспертиз, произведенных полиграфологом и психологом, являлись одним из доказательств.

Оценивая исследованные материалы дела, показания подсудимого Юрши Е. о том, что он не совершал разбойного нападения и убийства Жугдуровой В., а признательные показания давал под влиянием недозволенных методов, судья Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия пришел к убеждению о доказанности вины Юрши Е. При этом судья руководствовался и заключением комплексной психолого-психофизиологической экспертизы, в соответствии с которой «отсутствие среди выявленных индивидуально-психологических особенностей таких характеристик, как склонность к фантазированию, лживость, повышенная внушаемость и наличие нормативно выраженной способности к анализу своих действий, предвидению их последствий, делает маловероятной возможность сочинения фактов, изложенных на допросах и при проведении полиграфного опроса.

Достаточное использование в практической деятельности указанной судебной экспертизы отмечено в Республике Мордовия, где в 2004 г. Мор- довской лабораторией судебной экспертизы по постановлениям следователей прокуратуры проведены 4 таких экспертизы. По уголовному делу об убийстве престарелых сестер Шеяновых подозреваемый в совершении убийства их родственник Крючков Ю. на первоначальном этапе следствия, признавая свою вину, давал противоречивые и непоследовательные показания, а в дальнейшем и вовсе отказался от них, ссылаясь на оказанное психическое и физическое воздействие. Психофизиологическая экспертиза подтвердила, что Крючков Ю. наносил удары ножом потерпевшим, которых живыми видел в последний раз 15 сентября 2003 г., в день совершения преступления. Выводы экспертизы были указаны в обвинительном заключении и являлись предметом исследования в судебном заседании. Верховный Суд Республики Мордовия, провозглашая обвинительный приговор в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, признал доказательством и данное экспертное исследование. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в кассационном определении указала, что приговор отвечает требованиям закона, данных о том, что по делу исследовались недопустимые доказательства, не имеется. Экспертные исследования с использованием полиграфа проводятся также на базе Тамбовской лаборатории судебной экспертизы. Одно из таких исследований, как следует из приговора Октябрьского районного суда г. Тамбова, признано доказательством, подтверждающим виновность Сосина А. и Тамаряна Н. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ Прокуратурой Саратовской области совместно с Саратовской лабораторией судебной экспертизы в 2003 г. разработаны методические рекомендации по проведению данного вида экспертизы на базе названной лаборатории и Саратовской областной психиатрической больницы. Экспертное заключение в качестве одного из доказательств вины использовалось следователем и государственным обвинителем по уголовному делу в отношении Ларькина С., обвиняемого в убийстве Калашникова А. и его престарелой матери. Вывод комплексной психолого-психофизиологической судебной экспертизы свидетельствовал о нанесении Ларькиным телесных повреждении Калашникову и совершении действий по поджогу дома Калашниковых. Ахтубинским городским судом Астраханской области было отклонено заявленное защитником подсудимого Абдрахманова А. ходатайство об исключении заключения психофизиологической экспертизы из доказательств по уголовному делу о покушении на убийство сотрудника милиции. Кроме того, председательствующим (по ходатайству государственного обвинителя) назначены еще три таких исследования в отношении двух потерпевших и одного свидетеля. Экспертизы проводились в УВД Астраханской области. Право следователя как должностного лица (в соответствии со ст. 38 УПК РФ) самостоятельно принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, в том числе выносить постановление о назначении психофизиологической экспертизы, признано Нагатинским районным судом г. Москвы при рассмотрении жалобы адвоката о правомерности назначения данной экспертизы. Возможности полиграфа при раскрытии и расследовании преступлений широко используются в Краснодарском крае, где функционирует отдел специальных психофизиологических исследований и работает 30 полиграфологов. Только за 6 месяцев 2004 г. специалистами края было проведено более 13 тысяч опросов с использованием полиграфа по 5 тысячам преступлений, из которых раскрыты более 1,5 тысячи. Специалисты- полиграфологи отдела востребованы не только правоохранительными органами края, но и оперативными подразделениями других субъектов Российской Федерации, а также стран ближнего зарубежья. В Республике Татарстан с 2000 по 2004 годы произведено 2117 опросов по 1759 преступлениям.

Эффективность использования детектора лжи в отмеченных, а также во многих других ситуациях, с которыми часто приходится сталкиваться работникам прокуратуры, безусловна. Следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования и принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. При этом адекватным противодействием преступности является и совершенствование путей поиска доказательств, и придание им (дозволенными методами) труднооспоримой процессуальной значимости. Вместе с тем следует соблюдать основной принцип проведения исследования с использованием полиграфа - добровольность процедуры. Кроме того, исследование должен проводить компетентный специалист при наличии необходимых технических средств.


Управление криминалистики Генеральной прокуратуры Российской Федерации ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО Прокуратуры г. Москвы (исх. № 28-05/06-05 от 16.11.2005 г.) «О проведении психофизиологических экспертиз»

Активизация борьбы с преступностью, равно как и защита интересов законопослушных граждан, вовлекаемых в уголовное судопроизводство, на фоне снижения ценности доказательственной информации, получаемой в ходе допросов обвиняемых, свидетелей и потерпевших, из-за участившихся случаев изменения ими своих первоначальных показаний, обуславливают необходимость своевременного внедрения в следственно-судебную практику новых видов экспертиз. Полиграф («детектор лжи», «лай-детектор») используется во многих странах мира более полувека. Это техническое устройство, представляющее собой комбинацию медико-биологических приборов, позволяющих синхронно и непрерывно фиксировать динамику психофизиологических реакций проверяемого лица на вопросы, задаваемые полиграфологом. Прибор является пассивным регистратором процессов, протекающих в организме человека, и не оказывает на них какого-либо обратного влияния. Опрос с использованием полиграфа представляет собой безвредную для здоровья опрашиваемого процедуру, направленную на получение информации о каком-либо событии, имевшем место в прошлом. В Российской Федерации полиграф широко применяется органами ФСБ и МВД как в ходе оперативно-следственных мероприятий, так и при работе с кадрами. Первым государственным судебно-экспертным учреждением, где была освоена новая форма использования специальных знаний в целях оказания содействия правоохранительным органам, помощи государственным и негосударственным учреждениям, а также гражданам стала Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, в которой опросы с использованием полиграфа регулярно проводятся с 1998 года. Уголовные дела из числа направленных в суд, в ходе расследования которых использовался полиграф, успешно проходят стадию судебного разбирательства.

В сентябре 2000 года, впервые в практике российского судопроизводства, к материалам уголовного дела № 26/13/0015-00Д старший следователь военной прокуратуры Саратовского гарнизона приобщил в качестве документов-источников доказательств, в соответствии со ст. 88 УПК РСФСР, два заключения специалиста-полиграфолога Саратовской лаборатории судебной экспертизы. Впоследствии военный суд Приволжского военного округа вынес по данному делу обвинительный приговор. Таким образом, несмотря на отсутствие единого нормативного акта, регулирующего применение полиграфа различных сферах общественной жизни полиграф в настоящее время используется в рамках существующего уголовно-процессуального законодательства, во-первых, при осуществлении оперативно-розыскной деятельности уполномоченными на то органами (в том числе, при выполнении отдельного поручения следователя, данного органам дознания в ходе выдвижения и разработки следственных версий); во-вторых, при производстве судебно-психологической экспертизы. Первым случаем применения полиграфа в российской следственно- судебной практике в форме психофизиологической экспертизы можно считать проведенную осенью 2001 года в рамках расследования уголовного дела № 09/20/0005-01Д комплексную судебную психолого-психофизиологическую экспертизу. 9 января 2001г. военнослужащий Агеев А.М., зная, что в это время в квартире его знакомых в г. Лобня Мытищинского района Московской области находится только двенадцатилетняя С, совместно с Хаметовым А.Р. проник обманным путем в квартиру. Агеев начал искать деньги и ценности, а Хаметов, затащив девочку в одну из комнат, удушил ее, пользуясь резинкой для волос и отрезанным от обогревателя кабелем. После заключения под стражу Агеев А.М. вместе с военнослужащими Богдановским А.А. и Блемом Н.Н. совершил побег с гауптвахты. Московским окружным военным судом заключение экспертов в отношении Хаметова А.Р., составленное по результатам комплексной психолого-психофизиологической экспертизы, было оценено в совокупности с другими доказательствами и положено в основу приговора, которым Хаметову А.Р. назначено наказание в виде 20 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества. При этом в приговоре суда отмечалось, что в соответствии с заключением комплексной судебной психолого-психофизиологической экспертизы при предъявлении Хаметову среди других нейтральных фотографии обогревателя, от которого был отрезан кабель, использовавшийся при удушении С., и кровати, на которой она была задушена, у него получены значимые реакции, что позволяет сделать вывод о том, что последний присутствовал в квартире в момент убийства С. Поэтому суд отверг показания подсудимого Хаметова А.Р. о том, что в квартире он не был вовсе и С. не убивал, как несоответствующие установленным в суде обстоятельствам произошедшего. 18 марта 2005 года Купцов А.В. совместно с Федоровым-Маринушкиным С.Ю. по телефону пригласил в квартиру Купцова А.В. Мыльникову Е.М. После совместного распития спиртных напитков Федоров- Маринушкин СЮ. пошел спать, а Купцов А.В. в ходе внезапно возникшей ссоры нанес удар ножом в грудь Мыльниковой Е.М., от чего она скончалась. По данному факту прокуратурой Зеленоградского административного округа возбуждено уголовное дело № 343321. В ходе расследования следователем Брянской Т.В. назначена психофизиологическая экспертиза, согласно выводам которой выявлены психофизиологические реакции Федорова-Маринушкина С.Ю., свидетельствующие о том, что сам Федоров-Маринушкин С.Ю. ножом потерпевшей удар не наносил, но видел как Купцов А.В. выбросил нож в мусорный бак. Характер сведений, которыми располагает Федоров-Маринушкин С.Ю., получены им на момент события преступления. Указанная экспертиза оценена в совокупности с другими доказательствами и положена в основу приговора Зеленоградского районного суда города Москвы, которым 28 июня 2005 года Купцов А.В. осужден по ч.1 ст.105 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда оставила приговор без изменения.

В настоящее время сотрудники прокуратуры и органов МВД России всё чаще назначают психофизиологические экспертизы по уголовным делам. Однако при этом необходимо учитывать, что привлекать в качестве эксперта к производству рассматриваемого вида экспертиз необходимо лиц, имеющих документы, подтверждающие наличие у них специальных познаний в области полиграфологии.









16 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все